Александр Бурыкин: «В каждом доме должна быть интрига»

By

!!!_IMG_2485Главный архитектор студии «Пятый радиус», Александр Бурыкин в юности мечтал заниматься концептуальной архитектурой. Сейчас он широко известен как создатель классических частных резиденций. Автор знаменитой русской усадьбы «Широково» и еще десятков проектов высочайшего класса, А.Бурыкин выступил в роли приглашенного редактора «драгоценного» номера журнала «Дом&Интерьер». СПРАВКА Александр Бурыкин (студия «Пятый радиус») Родился в Свердловске. В 1993 году окончил архитектурный институт города Екатеринбурга. В 1996–2000 годы занимался частной архитектурной практикой. С 2000 года главный архитектор дизайн-студии «Пятый радиус». Лауреат IX Международного конкурса «Архитектурная премия». Я еще в детстве решил, что хочу стать архитектором. Очень любил рисовать, любимой игрой был набор-конструктор, с которым мог провести целый день. Почему-то архитектура производила в детстве очень сильное впечатление на меня. Я родился и вырос в Свердловске, где качественной архитектуры было мало – только несколько неплохих конструктивистских зданий, но мне в детстве было и этого достаточно. Помню, когда шел из детского сада домой, смотрел на хрущевские пятиэтажки и размышлял: «Вот здорово, кто-то эти дома придумал: ничего не добавишь и не уберешь, и людям есть где жить». Как-то родители решили свозить меня в Петербург, говорили, что там множество очень красивых дворцов. Мне трудно было поверить в это: неужели возможно построить что-то еще более красивое? Когда заканчивал школу, ряд очень близких мне преподавателей по истории, по философии убеждали меня пойти в гуманитарный вуз. Но у меня уже тогда сложилось четкое представление о том, чем я хочу заниматься. К тому же Свердловский архитектурный институт был в двух шагах от нашего дома. Практиковать я начал уже на младших курсах института. Только началась перестройка, появились первые частные капиталы и первые частные заказы для архитекторов. Некоторые из наших преподавателей создавали бюро, которые в основном занимались созданием интерьеров, и привлекали нас на работу. Это было еще до эры евроремонтов, когда качественных отделочных материалов не было никаких. Мы выпиливали из ДСП конструкции сложных форм, обклеивали их ковролином и оформляли интерьеры модных кафе. Выглядело это по тем временам очень круто. Институт я окончил в 1993 году – в самое трудное для архитекторов время, когда из-за всеобщей нищеты заказов не было вообще. Я больше года не мог найти работу по специальности, занимался строительством. А потом школьные друзья, которые успешно занимались бизнесом в Москве, пригласили меня в свою компанию, чтобы развить направление проектирования и строительства. Время для этого было не самое подходящее, поэтому я больше года занимался управлением различными коммерческими предприятиями. Это были очень интересные, масштабные проекты с инвестициями в миллионы долларов. Но я понимал, что это не мое, и искал возможность заняться тем, что мне интересно. Я делал довольно много проектов бесплатно, по дружбе, и наконец у меня появился первый коммерческий заказчик: заместитель генерального директора нашего холдинга попросила меня спроектировать и выполнить дизайн интерьера в ее новой квартире. Она в меня поверила, предоставила довольно широкую свободу действий. В 1998 году мы со строителями сдали этот объект, его съемку опубликовали в интерьерном журнале, и ко мне, несмотря на то что экономика страны переживала тогда кризис, стали довольно часто поступать заказы на строительство домов и создание интерьеров высокого уровня. Если бы кто-нибудь лет 20 назад сказал, что я буду в основном делать проекты преимущественно в классическом стиле, я бы не поверил. Но до 80% всех заказов в нашем, топовом, сегменте рынка дизайна – это классическая архитектура и интерьеры. Этому есть ряд объяснений. Во-первых, классика не надоедает. Во-вторых, стремление обзавестись собственным домом более свойственно людям зрелым, а с возрастом вкусы становятся более консервативными. Еще одно объяснение: классические стили хорошо изучены и проработаны, архитектору не нужно придумывать ничего нового, что страхует его и заказчика от грубых ошибок, хотя, на мой взгляд, последний тезис – это иллюзия, и многие архитекторы, работающие в классических стилях, совершенно в них не разбираются и допускают чудовищные ляпы. В рамках заданного канона работать значительно сложнее, поскольку его
нужно очень хорошо знать. Последние российские архитекторы, которые хорошо знали классический канон, – современники Жолтовского и Щусева. Потом в советских вузах специалистов готовили для того, чтобы строить типовые многоэтажки. А историю мировой архитектуры мы изучали по мелким черно-белым слайдам под скучный бубнеж лектора, который сам мало что в ней понимал. Декораторов вообще не готовили, эта профессия создавалась в наше время с нуля. Поэтому всем, кто сейчас делает проекты в классическом стиле, пришлось пройти большой путь и учиться по ходу работы. Мы в «Пятом радиусе» продолжаем учиться все время, ездим изучать классические усадьбы, зарубежные архитектурные объекты. Мне всегда очень нравились работы Фрэнка Ллойда Райта: его остроактуальные на тот момент проекты несли в себе много человеческих черт, поэтому они до сих пор остаются уютными, жизнепригодными. Когда заказчик предоставляет нашему бюро широкую творческую свободу, мы стремимся сделать для него дом «в духе Райта»: современный, и при этом очень «теплый» и жилой. При этом мне совершенно не интересно было бы делать холодные, выверенные хай-тековские проекты: они забавно выглядят – но жить в них нельзя. Ультрасовременная архитектура для жизни непригодна: это исключительно бумажные проекты. Во время путешествий по Европе я видел работы Фрэнка Герри и Захи Хадид, в том числе и их частные объекты. Это не дома, а манифесты, доказательства или опровержения неких архитектурных теорем, при этом реализация их в плане работы с материалами, проработки узлов и поверхностей часто оставляет желать лучшего. Кстати, по качеству конечного продукта нет никаких претензий к Норману Фостеру, Доминику Перро, Даниэлю Либскинду. Интерьеры и архитектура, претендующие на ультрамодность, устаревают через пять лет. Помните, например, лет 10 назад дорогие дома и квартиры оформлялись в желто-синей гамме? Сейчас это цветовое сочетание считается просто неприличным и смешным. Устарели модные штучки в стиле поп-арт, мебель в виде цветков – регулярно все это вижу, когда нас приглашают переделывать объекты. Но современный интерьер, сделанный со вкусом, с использованием качественных классических материалов, вполне долговечен. Мы стараемся все проекты делать с нуля и под ключ. Архитектура первична по отношению к интерьеру, и плохую планировку дома, оставленного предыдущей командой, порой невозможно прикрыть никакими декоративными деталями. Разделять проектирование и реализацию объекта, на мой взгляд, нельзя. Архитектор, чья работа завершается на этапе проектирования, не может даже представить, что в итоге получит его заказчик. На этапе строительства проект всегда меняется, дорабатывается. Строители и сам заказчик постоянно пытаются его развалить, внести безграмотные изменения, и архитектору приходится каждый день защищать свои идеи. Чтобы качественно реализовать проект, на каждом этапе приходится воевать со строителями, производственниками, конструкторами. Хороших специалистов в нашей стране по пальцам можно пересчитать, и всех приходится буквально заставлять качественно делать свою работу. Помню, в начале 2000-х годов некий конструктор убеждал меня, что спроектированная мной безопорная винтовая лестница, делающая полный оборот, невозможна априори. Я в то время оказался в Париже и специально для него сфотографировал безопорную винтовую лестницу в Лувре, которая делает два полных оборота. Он очень удивился и тогда сделал. Идеальных строительных бригад не существует: если у них что-то хорошо получается, они начинают капризничать, лениться, требовать неадекватных денег. Поиск и обучение строителей – перманентный процесс. У заказчика часто возникает стремление разделить творческую и строительную составляющую проекта, он назначает доверенное лицо, которое приводит на объект своих строителей. Заканчивается все это обычно потерей денег заказчика, драмами и конфликтами. Если представитель заказчика ведет себя неадекватно, пытается вмешиваться в архитектурные вопросы и не может организовать строителей, мы всегда идем на жесткий конфликт. Если говорить о специализации нашего бюро, то вне зависимости от того, в каком стиле мы работаем, у наших объектов всегда очень тщательно проработанные планы, причем не только с точки зрения функциональности, но и с точки зрения своего рода театральности. Мы насыщаем свои объекты неожиданными ракурсами, интересными видовыми точками и пространственными ощущениями – так, чтобы прогулка по дому превращалась в своего
рода спектакль. Мы стараемся делать дома, в которых будет нескучно, в которых будет присутствовать интрига. Благодаря этому хозяева созданных нами домов, например, очень любят приглашать к себе гостей. Я всегда сам делаю архитектурную концепцию объекта: для меня это важно и интересно. Решения, связанные с материалами, отделкой, декором, я делегирую архитекторам, которые трудятся в нашем бюро. У нас работают отличные молодые специалисты из Москвы, Екатеринбурга и других городов. Я предоставляю им очень широкую свободу принятия решений. Когда я вижу ляпы, я их исправляю, когда ощущается кризис идей – я его компенсирую, но изначально у каждого сотрудника есть право на эксперимент и право на ошибку, без которых невозможно ничему научиться. Доведение концепции до реализации – огромная и очень важная работа, и наши архитекторы отлично с ней справляются. В отличие от многих других бюро, где существует культ личности главного архитектора, у нас авторство всех проектов принадлежит не мне, а бюро «Пятый радиус». У заказчика, какими бы широкими финансовыми возможностями он ни обладал, обязательно в какой-то момент (обычно на раннем этапе отделки) возникнет ощущение, что проект обходится ему слишком дорого. Поэтому, даже если изначально вам заказали создать настоящий дворец, который должен поражать богатством и роскошью, не стоит раздувать смету за счет обилия золота, очень дорогих материалов и антикварной мебели. Того же эффекта возможно достичь за счет правильной расстановки акцентов, качественной архитектуры и профессионального подбора материалов и при этом сохранить доверие заказчика. Текст:_Павел Жаворонков, Софья Ремез

Оцените статью: 1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд
Загрузка...
Вам также может понравиться
Свежие записи
post-image
Обзоры

Mercedes-Benz GLE

Выведя на рынок М-Класс в 1997 году, автопроизводитель Mercedes-Benz учредил тем самым сегмент внедорожников премиум-класса. С осени 2015 г....
Подробнее
post-image
Обзоры

MANDARIN ORIENTAL, Токио

Отель Mandarin Oriental, Токио распложен в самом престижном финансовом районе Токио и стал образцом непревзойденной роскоши благодаря сочетанию невероятного...
Подробнее
Вверх!!!!!